Николай II назначил Александра Александровича Макарова министром юстиции 7 июля 1916 г. Самодержавный трон раскачивался и готов был рухнуть, погребя под своими обломками всех, кто находился рядом с ним. До крушения царизма в России оставалось немногим более семи месяцев. Макаров сумел продержаться в генерал-прокурорском кресле только пять.

Николай II, освобождая от должности предшественника Макарова Александра Алексеевича Хвостова, полагал, что новый генерал-прокурор будет «понятливее» и «более податлив» и что высочайшие повеления будет ставить выше закона. Но государь ошибся. Переполнила же чашу терпения Николая II «несговорчивость» генерал-прокурора по делу И. Ф. Манасевича-Мануйлова. Дело это возникло в августе 1916 г. и было довольно заурядно — шантаж банка. Однако, учитывая личность обвиняемого и потерпевших, прокурор Петроградской судебной палаты С. В. Завадский поручил расследование этого преступления судебному следователю по важнейшим делам В. Н. Середе.

Чем же была примечательна личность Манасевича-Мануйлова и почему его поддерживали самые влиятельные лица в государстве, не исключая и государя? Он родился в 1869 г. в еврейской семье. Его отец за какое-то злоупотребление был сослан в Сибирь. Там мальчика усыновил богатый купец Мануйлов, оставивший ему по завещанию 100 тыс. рублей, которые он мог получить только по достижении 35-летнего возраста. Прибыв в Петербург, молодой Манасевич-Мануйлов начал вести шикарный образ жизни, занимая деньги у ростовщиков под будущее наследство. Попутно он занимался журналистикой, сотрудничал в журналах, а затем стал штатным агентом полиции. Ему поручали следить за русскими революционерами за границей. На эти цели он получал огромные суммы, которые в основном прилипали к его рукам. Манасевич-Мануйлов не брезговал ничем, в том числе мошенническим путём получал крупные кредиты. Одно время он служил чиновником по особым поручениям при премьер-министре С. Ю. Витте, однако последний быстро «раскусил» пройдоху и уволил его со словами: «Не имею ни малейшей нужды в этом мерзавце!»Впоследствии Манасевич-Мануйлов сумел сблизиться с Г. Распутиным и стать личным секретарём премьер-министра Б. В. Штюрмера, на которого имел большое влияние.

Дело было возбуждено после того, как Манасевич-Мануйлов путём шантажа банкиров «Соединённого банка» пытался получить 26 тыс. рублей. Один из руководителей банка, И. Хвостов (племянник бывшего генерал-прокурора А. А. Хвостова), обратился с жалобой в департамент полиции. Начальник департамента Е. К. Климовичпорекомендовал передать требуемую сумму вымогателю, предварительно переписав номера кредитных билетов. Хвостов так и поступил. После передачи денег Манасевича-Мануйлова арестовали. Он настолько уверовал в свою безнаказанность, что был просто потрясён, когда следователь зачитал ему постановление о заключении под стражу. Задержанный не хотел этому верить и, находясь в доме предварительного заключения, на каждом допросе у следователя то просил об освобождении, то начинал угрожать, причём не только следователю, но и прокурору палаты и даже генерал-прокурору. Так, он открыто говорил, что если его дело не будет прекращено, то Макарова отправят в отставку, а на его место сядет сенатор Н. А. Добровольский (что впоследствии полностью подтвердилось).

Волосатая лапа

Давление в связи с этим делом шло и на министра внутренних дел, и на генерал-прокурора. Причём оно было настолько сильным, что последний вынужден был даже заявить, что примет меры к тому, чтобы «не относящиеся к существу обвинения Манасевича-Мануйлова факты были отброшены» и чтобы «предметом судебного разбирательства» было только его дело. Однако это не устраивало тех, кто стоял за спиной мошенника.

Освободить преступника из-под стражи всё же пришлось. Его хватил удар. Вначале думали, что он притворяется, но затем врачи подтвердили диаг­ноз — паралич. Меру пресечения изменили на залог. Едва к нему вернулась речь, он тут же заявил следователю, что Распутин поможет ему.

Дело было назначено к слушанию на 15 декабря. Однако накануне, под вечер, Манасевич-Мануйлов явился к следователю и заявил, что уже состоялось высочайшее решение о прекращении дела, о чём ему Распутин сообщил телеграммой из ставки. На следующий день выяснилось, что генерал-прокурор Макаров действительно получил от императора  телеграмму: «Повелеваю прекратить дело Манасевича-Мануйлова, не доводя до суда».

Макаров не стал беспрекословно выполнять это «повеление». Единственное, на что пошли А. А. Макаров и прокурор судебной палаты С. В. Завадский, так это на то, чтобы отложить слушание дела. Дело Манасевича-Мануйлова слушалось в суде 13-18 февраля 1917 г. Он был лишён всех прав состояния и приговорён к полутора годам исправительных арестантских рот. Февральская революция освободила его из тюрьмы, а после Октябрьской революции Манасевич-Мануйлов пытался бежать за границу, но был опознан и расстрелян. Что касается «несговорчивого» генерал-прокурора Макарова, он 20 декабря 1916 г. был императором освобождён от занимаемой должности. В 1919 г. большевики расстреляли и его.